«К вартира на Фрунзенской набережной — это то, о чем они всегда мечтали и за чем долго охотились. Им очень нравился именно этот дом. К сожалению, после покупки семья обратилась не ко мне, а в другую архитектурную студию. После той работы не осталось ни оригинальных дверей, ни знаменитой лепнины — ничего. Я не переделывал тот проект, мы вместе с архитектором Денисом Олексиюком полностью сделали всё с нуля и заново», — вспоминает Игорь Куркин.
Начали с перепланировки. За счет большого холла при входе добавили гостевой санузел, а прежний, раздельный, наоборот, совместили. Был перекрыт вход на кухню в дальней части коридора, здесь получилось спрятать постирочную. А вход на кухню организовали прямо из гостиной.
Шестиметровая кухня в этой квартире стала для дизайнера самым сложным узлом. Мебель расположена по трем стенам в форме буквы П и скрывает в себе впечатляющий арсенал бытовой техники. Стояк водоотведения удалось перенести так, чтобы мойка была расположена прямо под окном с очень красивым видом. «Хотелось, чтобы хозяйка смотрела не в пустую стену, а на великолепие Нескучного сада», — говорит автор проекта.
Детали оформления гостиной. Все системы хранения и межкомнатные двери выполнены по эскизам дизайнера мануфактурой «Атрибут». Ковер Dovlet House. Натюрморт работы Роберта Фалька и графика Петра Вильямса.
Владельцам хотелось уютного «классического московского» жилья. Им хотелось сохранить дух района, атмосферу сталинских гостиных середины прошлого века, но при этом сделать всё более современным, более удобным для жизни. Хозяин дома по роду деятельности постоянно находится в разъездах и проводит дома всего пару дней в месяц. Для него важно ощущение домашнего уюта. Поэтому гостиную со столовой объединили так, чтобы вся семья могла собраться вместе, чтобы все были рядом.
Главную роль отдали виду на Нескучный сад, поэтому парадную зону логичным образом сместили вглубь квартиры. «Обычно так не делают. Обычно гостиная располагается поближе ко входу. А приватные комнаты убирают с глаз долой, чтобы не указывать гостям, куда нужно и не нужно идти. В нашем случае из-за архитектуры самого дома не получилось это сделать: окна ближайших комнат выходят во двор, а не на парадную часть, не на улицу. Пришлось перенести гостиную подальше. Поэтому ощущение маленькой нарядной гостиной у нас создает пол во входной зоне, отделанный метлахской плиткой. И поэтому там появилось нарядное зеркало», — объясняет дизайнер.
Детали оформления гостиной. Комод Тоsato, над ним рисунок Анатолия Зверева. За дверью слева — кухня, а справа — прихожая.
Кухня.
Детали оформления кухни.
Это зеркало в золоченой раме появилось почти случайно. «В прихожей был конструктивный элемент, от которого мы не могли никаким образом избавиться. Это несущий пилон, который мы задекорировали классической колонной-пилястрой с коринфской капителью: что нельзя спрятать, надо выделить, — говорит Игорь Куркин. — Нужен был какой-то „кудрявый“ ответ этой капители. И зеркало появилось именно из-за нее, чтобы добавить немножко резьбы и „кудрей“. В итоге пространство прихожей получило очень парадный вид».
Дизайнер виртуозно избежал прямого историзма, ограничившись точными аллюзиями, апеллирующими к истории дома: гипсовые филенки, молдинги и паркет воссозданы такими же, как сохранившиеся в квартирах по соседству, лепнина под потолком — точная копия оригинальной; даже паркет изготовлен «по образу и подобию» исторического, возвращая квартире ее утраченное достоинство. Оставляли и традиционный вывод светильников по центру комнаты. В итоге в совмещенной гостиной-столовой свет развешан, по словам Игоря, «абсолютно по-парижски»: обеденный стол стоит не по центру комнаты, над ним просто на «непринужденный» крючок повесили светильник современной «рваной» формы, к которому ведет свободно висящий провод. Это напоминание об исходной архитектурной логике этой комнаты.
Спальня. Прикроватные тумбы Тоsato. Кровать выполнена по эскизам Игоря Куркина и обита тканью, которую он разработал для компании Venesta.
Холл. Зеркало в золоченой резной раме из липы приобретено в Luger Home. Светильники Visual Comfort. На полу паркет Kahrs и метлахская плитка Winckelmans.
При этом в квартире нет ничего винтажного: заказчики не очень любят вещи «с историей», но это не касается искусства — внушительная подборка живописи и графики московских художников могла бы украшать эти стены уже в сороковых. Большой натюрморт Роберта Фалька, графика Петра Вильямса, несколько картонов неизвестных, но крепких художников тридцатых и рисунки Анатолия Зверева украшают «взрослые» помещения. И только в детской развешены современные офорты и открытки. Еще одним неинтерьерным исключением стала посуда, собранная старшим поколением семьи, — она наполнила буфет. В остальном предметы меблировки — новые.
Стоит добавить, что вся семья буквально влюблена в Китай: старший сын там учится в университете, а отец работает с китайскими компаниями-партнерами. Поэтому без шинуазри в интерьере не обошлось. Обои с серебряной поталью обосновались даже в гостевом санузле. Чтобы усилить связь между восточными деталями в нем и хозяйской спальне, расположенной через коридор, подобрали банкетку, обитую розовым бархатом с павлинами.
Детская. Кровати Ascona, стул Kartell, корпусная мебель Mr. Doors.
Детская. Кровати Ascona, корпусная мебель Mr. Doors.
Детская. Кровати Ascona, стул Kartell. Шторы из ткани Zuber.
После перепланировки хозяйская спальня оказалась расположена почти при входе. Ее обозначили парадными двойными распашными дверями, оформили классическим образом, подчеркнули архитектуру комнаты и форму окна, излишне не закрывая стены текстилем. Вся планировка построена по принципу осевой симметрии, оси всех дверей совпадают. Всё это выглядит очень нарядно и парадно. Почти как в 1938 году, когда был закончен этот дом на углу Фрунзенской набережной.
А нынешней детской стала бывшая гостиная в дальней части квартиры. В будущем, когда дети закончат учебу, детская превратится в родительский кабинет — мебель-трансформер изначально подбиралась с прицелом на эту перемену, а шкаф-перегородка займет свое место у стены как большая библиотека. Изначально планировалось, что брат займет дальнюю часть комнаты у окна, но бойкая сестра быстро отвоевала себе лучшие виды, аргументировав это просто: «Ну как ты будешь жить с этими девчачьими шторами?». Брат уступил — его вполне устраивает свобода перемещений по квартире с ноутбуком, пока сестра делает уроки за единственным рабочим столом. Так сложилась эта нетривиальная, совершенно новая и при этом очень «старая» и московская квартира.
Детали оформления санузла со стеной, оклеенной шелковыми обоями.
